14. Основные направления конструктивных преобразований сложного предложения

14. Основные направления конструктивных преобразований сложного предложения


План ответа:

1. Бессоюзное сложное предложение = БСП

2. Сложносочиненное предложение = ССП

3. Сложноподчиненное предложение = СПП (концепции Якубинского, Ломтева)

1. БСП в главнейших своих чертах сложились еще в древнерусский период. В восточнославянских памятниках БСП встречаются реже, чем предложения, части которых соединены с помощью союзов и союзных слов. Степень употребительности того или типа зависела в значительной степени от жанра памятника. Так, условные БСП занимают видное место в древнерусской деловой письменности. В устной речи, где интонация играет большую роль, БСП уже в древнейшую эпоху были очень распространены (берестяные грамоты). В БСП весьма большую роль (большую, чем в СПП) играют смысловые связи. Отличие БСП от СПП (ССП) состоит главным образом в отсутствии в них подчинительных союзов и в твердом порядке главной и зависимой частей. Для каждой из групп БСП можно отметить определенную последовательность частей, порядок слов, то или иное соотносительное употребление форм и наклонений глаголов-сказуемых. В.И.Борковский полагает, что нет необходимости искать генетическую связь между БСП и теми СПП, с которыми они могут быть сопоставлены. И те и другие прошли свой, определенный путь развития (от соединения простых предложений), в то же время сходный во многих своих чертах, в частности благодаря тому, что смысловые отношения в

БСП, сопоставляемых со СПП, и в соответствующих СПП совпадают.

В.И.Борковский выделяет следующие типы БСП:

1) БСП со значением причины или пояснения во второй части: да пришли сороцицю. СороцицЬ забыле (берестяная грамота);

2) БСП со значением .следствия во второй части: Говорить о том полно; в день века познано будут всеми; потерпим до мест (Аввакум);

3) БСП со значением цели: А кого онъ убьет, и ему то убойство учинится от себя, не приЬжъжай чюжей домъ насильствомъ (Улож. 1649);

4) БСП со значением времени (можно рассматривать как примеры с БСП условия) находим почти исключительно в памятниках, близких к народной речи - сочинениях Аввакума и пословицах: С месяц времени минув, пришел день к окошку, молитву искусно творит и чинно (Аввакум);

5) БСП со значением условия: Не станешь писать, я петь осержусь (Аввакум);

6) Уступительные БСП: Диавол между нами рассечение положил, а оне всегда добры до меня. Полны тово (Аввакум);

7) Дополнительные БСП: Едино воспомяну: намъ бо во юности дЬтства играюще, а князь Иванъ Василевичь Шуйской сЬдить на лавке, локтемъ опершися, о отца нашего о постелю ногу положивъ (Письма Ив. 4);

8) Одределительные БСП: А въ ГурмызЬ есть варное солнце, человЬка съжжеть (Хожд. Аф. Ник).

Писатель 15 - 17 вв. имел возможность выбрать в стилистических целях или БСП, или СПП, и, т.о., использовать различные синтаксические конструкции. Бессоюзные сложные предложения не были вытеснены (за редкими исключениями) сложноподчиненными предложениями.

2. Древнерусский язык имел как ССП, так и СПП, однако характер их и структура отличались от характера и структуры подобных предложений современного русского языка. Вместе с тем, в древнерусском языке сохранялась еще и нерасчлененная структура сложного предложения, сущность которой заключалась в «нанизывании» предложений одного за другим. При такой

структуре неоднородные предложения могли оказываться в грамматической связи однородного следования. Примером такой «нанизывающей» структуры может служить следующая: а отъ ефеса до сама острова сорокъ верстъ, и въ томъ острови рыбы многы бывають в сторонЬ далече въ морЬ.

В древнерусском языке объединение предложений в сложносочиненную структуру осуществлялось посредством сочинительных союзов. В состав этих союзов входили:

- соединительные и, да, а (приде князь Ярославъ в Новгородъ, и ради быша новгородьци);

- противительные а. но, да, анъ, ано, инъ, ино, и (старыя чти яко отца, а молодыя яко братью);

- разделительные ли, или, любо, то ... то (Кую похвалу створимъ достоину твоего блаженьства, ли кому уподоблю сего праведника).

В истории русского языка часть этих союзов была вообще утрачена (ан, ано, ин, ино, любо, ли). Другие союзы, сохранившись в одном значении, перестали употребляться в другом: союз а отмер в соединительном значении, союз и - в противительном. Остальные союзы сохранили свое значение и употребление на всем протяжении истории русского языка.

3.В решении проблемы происхождения СПП в древнерусском языке есть две четко выраженные точки зрения:

1) Л.ПЯкубинский: СПП развиваются из ССП. Обоснованием этой теории служит факт развития подчинительных союзов из местоимений и наречий, а также отсутствие в древнерусском языке четко выраженной дифференциации значений этих союзов. С этой точки зрения СПП возникало из ССП в том случае, когда в одно из объединяемых простых предложений в сложное вводился

подчинительный союз;

2) Т.П.Ломтев: СПП, как и ССП, возникли из нерасчлененной структуры сложного предложения («нанизывания» неоднородных предложений). С этой точки зрения подчинение развивается в результате вычленения подчинительной конструкции из грамматической связи однородного

следования путем парного объединения предложений.

Средства подчинения в древнерусском языке развивались постепенно. Если первоначально система подчинения не была четко противопоставлена сочинению (А.А.Потебня: преобладание паратаксиса над гипотаксисом == сочинения над подчинением), т.к. не развились еще многообразные способы подчинения, то происходила выработка таких дифференцирующих средств. Памятники древнерусского языка обнаруживают целый ряд фактов бессоюзного

подчинения предложений. Судя по употреблению таких конструкций в памятниках, можно думать, что они возникли при передаче разговорной речи.

Древнерусский язык развивал и подчинительные предложения, в которых придаточное предложение связывалось с главным при помощи союзов. Древнерусские подчинительные союзы были многозначными, т.е. один и тот же союз мог присоединять разные придаточные предложения. Так, союз яко мог присоединять: а) придаточные дополнительные; б) придаточные следствия; в) придаточные причины; г) придаточные сравнительные; д) придаточные времени. Такой же многозначностью обладали и иные подчинительные союзы и союзные слова. Например, что могло присоединять: придаточные определительные, дополнительные, причины, цели и т.д. В истории русского языка развитие шло по линии уточнения значения подчинительных союзов и союзных слов. Они стали присоединять лишь определенные придаточные, т.к. значение их сузилось.

Среди СПП в древнерусской синтаксической системе можно обнаружить все те типы, которые есть и теперь. Различие между древнерусским и современным языком заключалось в том, что в древнерусском языке в ряде случаев эти предложения имели иную структуру и то или иное придаточное присоединялось к главному иными союзами, нежели теперь.

Виды СПП (по В.В.Иванову):

1) Придаточные предложения времени присоединялись к главному при помощи союзов елма, донележе, дондеже, яко, егда и некоторые другие. В большинстве случаев перечисленные союзы воспринимались как книжные. Кроме них использовались союзы когда, коли и коль, докуда или докудова, покамест и др.: азъ мьстила уже обиду мужа своего, когда приходила Киеву (Лавр. летоп.).

2) Придаточные предложения причины присоединялись в древнерусском языке к главному не только союзами яко и что, но и сохранившемся в современном языке союзом ибо. С 17 - 18 вв. в придаточных причины развились сложные союзы потому что, для того что, затем что. Они возникли в результате превращения в союзы сочетаний предложно-падежных форм указательного местоимения с союзом что. Древнерусский язык знал еще некоторые причинные союзы, впоследствии утраченные: зане, понеже, оже, яже: велика милость твоя, яже та угодья отворил еси (Лавр. Летоп.).

3) Придаточные предложения условные могли присоединяться к главному посредством союзов есть ли (из если), буде, ежели ( с 17 в.), коли, аже, оже, аще, аче: ажь убьет мужь мужа, то мьстити брату брата (Рус. Пр.).

4) Придаточные предложения места присоединялись к главному посредством союзов и союзных слов, в число которых входило къде > где (придя на холмъ, где стояше Перунъ), иде, идеже, покамест.

5) Придаточные определительные с который установились в том виде, какой они имеют в современном языке, очень поздно, во всяком случае после 17 века. До этого времени придаточные определительные могли выступать в крайне неустойчивом виде. Эта неустойчивость выражалась в том, что который долгое время могло выступать в значении «какой-нибудь» или «какой»: даже который князь почьнеть хотЬти… + придаточное ( цели, дополнительное, образа действия - см. перечень БСП В.И.Борковского).

Т.о., развитие СПП в древнерусском языке характеризуется:

1) упорядочением значения подчинительных союзов,

2) отбором подчинительных союзов (утратой некоторых из них и возникновение новых),

3) устранением из них элементов сочинения.

Использованная литература:

1. Борковский В.И. Историческая грамматика русского языка. М., 1965.

2. Борковский В.И. Сравнительно-исторический синтаксис восточнославянских языков. БСП, сопоставляемые с СПП. М., 1972.

3. Иванов В.В. Историческая грамматика русского языка. М., 1990.


15. Проблемы изучения истории русского языка
в современной научной литературе


Большое внимание на страницах журнала «Вопросы языкознания» занимает проблема знакомства читателей с новым материалом (№4 1999, №2 2000, №5 2001). Каждый год печатается статья, посвященная итогам очередного сезона новгородских раскопок. Цель статей состоит в том, чтобы познакомить читателей с новооткрытыми текстами, тексты сопровождаются переводами и краткими комментариями. Авторы статей – А.А Зализняк, В.Л Янин.

Статья за 2000 год «Берестяные грамоты из Новгородских раскопок 1999» содержит тексты грамот №901-915, датируемые третей четвертью 11 – первой четвертью 12 в, часть грамот содержат церковно-канонические тексты, часть носит деловой характер. Особый интерес представляет грамота, датируемая третей четвертью 11века, в которой упоминаются Борис и Глеб. Это самый ранний ныне известный документ с их именами, в тексте они выступают в качестве святых, хотя были канонизированы в 1071г. Помимо грамот найдены многочисленные деревянные цилиндры, исполнявшие функцию замков на мешках с ценностями, из них на семи сохранились записи.

Статья 2001 года «Новгородский кодекс первой четверти 11в. – древнейшая книга Руси» посвящена самой главной находке сезона: древняя книга (кодекс) с текстом, написанным по воску. Кодекс представляет собой триптих: он состоит из трех деревянных (липовых) дощечек, каждая имеет прямоугольное углубление, залитое воском, а средняя с двух сторон. Т.о., кодекс содержит четыре восковых страницы – церы.

Датировка относится к периоду 980 – 1050гг., более точно 1036. Памятник содержит два рода текстов: основной текст – легко и надежно читаемый и «скрытые тексты»- восстанавливаемые с трудом. Памятник показывает, что процесс падения слабых редуцированных уже начался, что носовых нет. Приводится текст памятника.

Об обогащении материала пишет Федоскина Е.С. в «Вестнике МУ» в статье Покаянный канон Климентия Охридского в составе древнеславянского Октоиха. Приводится текст и рассказывается история этого текста: хранился в хранилище и случайно был как бы заново открыт. Октоих – песнопевческий сборник, который содержит песнопения, распределенные по восемь гласам, внутри каждого гласа по дням недели. Доказывается, что Климентий внес большой вклад в истории славянской письменности.

Фонетические проблемы часто обсуждаются на страницах журналов. Проблема возникновения аканья находит отражение на страницах журнала «ВЯ»: №1 2000 Князев С.В. «К вопросу о механизме возникновения аканья в русском языке». В статье перечисляются пять основных концепций образования аканья.

Аканье – местное диалектное явление, возникшее из оканья в результате изменения характера ударения и редукции безударного гласного неверхнего подъема (Шахматов, Аванесов, Хабургаев, Горшков). Оно такое же древнее, что и оканье, результат неодинакового развития праславянских гласных соответствующих древнейшим кратким о, а (Шахматов, Георгиева). Аканье возникает под влиянием финно-угорского субстрата (Лыткин). Аканье – результат перестройки фонологической системы русского языка (Руделев). Это результат последовательных фонетических изменений, каждое из которых имеет свою территорию, а следовательно не может считаться единым ни по своему содержанию, ни географически.

В работе рассматриваются редукционная теория А.А. Шахматова и гипотеза О.Брока. По мнению А.А. Шахматова, аканье возникло в эпоху падения редуцированных; в фонетической системе древнерусского языка этого периода сохранились праславянское различие по долготе и краткости гласных: краткими были средний (а). Смена музыкального ударения на динамическое привело к сокращению безударных гласных (долгие стали краткими, краткие сверхкраткими). По мнению О.Брока, аканье возникло после падения редуцированных.

Возникновение аканья связывается с формированием ударения. В процессе формирования количественно-динамического ударения все гласные определенным образом оказались противопоставленными гласным безударных слогов. Их удлинение вело к сокращению безударных гласных и редукции их до степени ъ, в особенности тех гласных, которые находились перед ударением. При этом сокращению подвергались все гласные, кроме самых кратких (и, ы, у). Так сформировалось недиссимилятивное аканье. Итак, Шахматов прав, что возникновение аканья связано с формированием единого ударения, что аканье прошло 2 стадии: стадию фонетического совпадения безударных гласных неверхнего подъема и стадию формирования фонетических реализаций уже унифицированных членов.

Статья А.М. Кузнецовав ВЯ за 2000 «Глаголица: между греческим и латинским». Рассматривается проблема происхождения глаголицы. Существуют разные гипотезы: глаголицу выводили из греческого минускольного письма (Ягич), из хазарского (Груньский), из армянского (Гастер), из коптского (Фортунатов). Приводится размышления автора с учетом гипотезы Ю. Чернохвостова, который считает, что создатель глаголицы получил рисунки глаголических букв из сочетания трех символических геометрических фигур: крест, круг, треугольник. Некоторые буквы были взяты из алфавитов сакральных языков.

Создатель опирался на состав букв греческого алфавита, но отказывается от нумерации, раздвигает греческий алфавит. Глаголическая азбука – продукт долгих размышлений над славянским языком и алфавитами священных книг. Она соединяет черты семитского, греческого и латинского алфавитов.

«Вестник СПбУ» 1999: №3 Герд А.С. «История славянских диалектов и лингвистическая история славянских культурных центров (Псков и Дубровник)». Статья о том, что история диалектов связана с межэтническими миграциями, а значит в лингвистических диалектах можно выделить разные пласты. длЯ эволюции диалектов, так и для языков славянского культурного центра средневековья характерны связь с ареалом, этносом, отсутствие тесной взаимосвязи между диалектом и письменным языком, открытость к влиянию субстрата, отсутствие резкой политической и географической замкнутости.

«Вестник МУ», 2000, №3 Галинская Е.А. «Памятники русской деловой письменности как источник исторической лингвогеографии». Речь идет о том, что рукописи могут служить источником реконструкции фонетических особенностей русских говоров прошлых эпох. Т.к. тексты разных территорий содержат различный набор орфографических особенностей, связанных с отступлением от норм традиционной орфографии, причем совокупность фонетических черт, которые стоят за этими отступлениями, соответствуют комплексу изоглосс, присущих современным говорам. На примере рукописей новгородских и смоленских это положение доказывается. Напр., написание жы, шы с ы свидетельствует о отвердении данных согласных.

Проблеме фонетики посвящена статья Князева «О причинах некоторых звуковых изменений в праславянском и русском языках». (№5, 2000) в «Вестнике МУ».

Вопросам морфологии и фонетики посвящены статьи Сумниковой Т.А. «О формах И.п. местоимения 1 лица ед.ч. в древнерусском языке и письменности» (1999, №4, «ВЯ»), Панкиной «К вопросу о членных и удвоенных формах древнерусских указательных местоимений» («Вестник МУ», 2001, №1)

О.Ф. Жолобов «Древнеславянские числительные как часть речи» (ВЯ, 2000, №2). Автор доказывает, что в рамках традиционного частеречного учения с его триадой флексионных форм, синтаксической функции и лексического значения древнеславянские числительные могут быть выделены в самостоятельный класс слов. Числительные как часть речи сложились в индоевропейском, а числительные в праславянском представляют систему форм, которая наследует прежнее состояние и преобразуется в соответствии с их морфосинтаксической природой.

На страницах журнала «Вестник Московского университета» отражаются и лексические проблемы: изучаются корневые гнезда в диахронии. Так, статья в №4 за 2000 год содержит статью Бабуриной К.Б. «Из истории противопоставления корневых гнезд –сух- и – сыр- в русском языке 11 –17вв». Так, в 11 веке корни противопоставлялись как сухой и влажный, увядший и зеленый. в 15-17вв появляется противопоставление худой и полный, зато утрачивается противопоставление увядший и зеленый.

Статья Птенцовой А.В. за то же номер посвящена семантике двух глаголов «Глаголы знати и вЕдЕти: семантическое сходство и различия (на материале древнерусских памятников 11-14 вв.)». Материалом является Успенский сборник, Лаврентьевская летопись, новгородские берестяные грамоты. Выводы статьи: глагол ведети более частотен, может употребляться с двойным винительным, употребляться с косв. вопросом или предаточной единицей, вводится при помощи яко. Знати кроме общих с ведети значений выражает значения: узнать, опознать, иметь.

«Вестник СПбУ», №3 ,1999 Е.И. Зиновьева «Семантика и функционирование существительного дело в русских текстах 15 – 17 в.». Говорится о расширении значения и увеличения круга идиоматических сочетаний.

1999, №2 Е.В. Генералова «Прилагательные со значениями кривой и прямой в в русском языке15 – 17 в». Прослеживается судьба этих слов, автор обращается и текстам 13века и к современным значениям слов.

Рассматриваются концепты: «Вестник СПбУ» 1999 №4 Вербицкая В.В. «Концепты счастье, благополучие, благо в конце 18 – первой трети 19в. (на материале произведений Н.М. Карамзина)». Новый менталитет отражается на языке, в особенности на лексическом уровне. Делается вывод, что счастье и благополучие являются полными синонимами в этот период

Также на страницах журналов рассматриваются истории отдельных слов, напр., глагола передернуть..


16. Современное состояние русских говоров и вопрос о диалектном членении русского языка.


Существует несколько принципов классификации говоров:

  1. по отношению к литературному языку: центр периферия

  2. по происхождению (территории) (северные, южные и средние)

  3. по характеру распространения (коренные новые)

  4. Основной принцип по особенностям языка!


В ХХ веке происходит разрушение говоров, что связанно с развитием средств массовой информации, особенно ТВ.


Говор — это конкретная диалектная система. Наречие — в узком смысле слова — диалект.


В 15-17 вв. складывается противопоставление северных и южных говоров.


Северно-русские говоры

Средне-русские

Южно-русские говоры

оканье1

аканье2

аканье

г//к

г//к

//х

чоканье и цоканье





стяжение (знат)





в конце слова твердые губные





в 3 л. «т»

в 3 л. «т»

в 3 л. «т’»



В северно-русском диалекте принято выделять 5 групп говоров:

  1. Поморская

  2. Олонецкая

  3. Новгородская

  4. Вологодско-Вятская

  5. Владимиро-Поволжская


В южно-русском диалекте принято выделять 3 группы говоров:


  1. Западные

  2. Южные

  3. Восточные


РЕГИОЛЕКТЫ: (полудиалект):

  1. потеряли свои первичные диалектные признаки

  2. потеряли свою локальную ограниченность

  3. речь жителей городов, находящихся в диалектном окружении

  4. будут иметь черты близкие к диалектам.




5906727208506602.html
5906883040716256.html
5906956569528667.html
5907121408534705.html
5907243891703515.html